Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

О приоритетах российского образования.

В этом учебном году учить детей удаётся с трудом. Бесконечные карантины и удалёнки стали для школ большой проблемой. Заболел ребёнок – и класс две недели сидит на удалёнке.
В то же время учителя плюются, что детей даже с основных предметов постоянно забирают на какие-то мероприятия. Посвящённые то Дню космонавтики, то Победе над фашистами. Даже в советские времена всего этого было меньше. А теперь: то день памяти, то урок мужества, то конкурс патриотической песни…
Классный руководитель должен потом о проведённом мероприятии отчитаться фотографиями. Так как на фотках есть время и геолокация – выдать прошлогоднее мероприятие за вчерашнее никак не получится.
Учителя плюются, но игнорировать распоряжения начальства они не могут.

Так где же умер князь Андрей?

Учительница литературы на уроке рассказывает детям, что Андрей Болконский умер от раны прямо на Бородинском поле. Оказалось, что одна девочка (в отличие от учительницы) успела уже прочитать «Войну и мир». И попыталась возразить, что раненный Андрей ещё пересёкся в Мытищах с Наташей Ростовой. И, добравшись вместе с её семейством до Ярославля, умер там через месяц после ранения.
Но тётка пресекла её замечания, заметив: я учительница и я лучше тебя знаю, как, где и зачем он умер…
Учась в школе, я, например, так и не осилил «Былое и думы» Герцена, «Что делать?» Чернышевского… Эти опусы показались мне просто скучными. И непрофессиональными. Но я всё-таки был учеником, а не учителем. А учителю не знать литературу даже в рамках достаточно куцей школьной программы – это позор.

Про начальников и подчинённых.

Вот представьте себе ситуацию. В большом городе под сотню библиотек. В мэрии есть тётка, которая их все возглавляет. Но горожане почему-то её не знают. Потому что в городе есть ещё и школы, и больницы, и детские сады… В них работает даже больше народа. Но и начальников этих департаментов горожане тоже не провожают на улице взглядом. Потому что не знают ни их фамилий, ни их лиц.
А вот среди сотни библиотек есть библиотека, директора которой знает весь город. Который организовывает в своей библиотеке выставки и концерты, устраивает встречи с известными писателями. Он идёт по улице – и все с ним здороваются. Вот такая занятная ситуация.
Как реагирует на это начальница. Она его люто ненавидит. И пакостит при каждом удобном случае. Хоть он, будучи работающим пенсионером, никак не претендует на её место.
Collapse )

Математика и идеология.

Говорю знакомой учительнице математики, мол, какая у тебя хорошая профессия: дважды два равнялось четырём и сто лет назад, и тысячу, и вообще на веки вечные… А, вот, скажем, учителю истории трактовку очень многих событий приходится менять за свою жизнь несколько раз. Оказывается, битва, которую 70 лет считали выигранной (типа, сражение с немцами под Псковом 23 февраля 1918 года) на самом деле была самым позорным образом проиграна. А величайший борец за идеалы социализма (типа, Николай Ежов) был пьяницей, гомосексуалистом и вообще редкостным мерзавцем и уголовником. И так: какого события ни коснись – взгляды на него регулярно меняются на прямо противоположные.
Она говорит, что и в ныне российской (а до этого советской) школьной математике всё тоже не так стабильно, как мне издалека кажется. Формулы остаются. Но прикладываются они уже совсем к другим событиям. Какие задачки были у нас? Пионеры первого отряда собрали 20 килограммов металлолома, а второй отряд собрал на 30 кг больше. Или коллектив пятого цеха выполнила план на 150 %, а седьмой цех произвёл в полтора раза больше…
Collapse )

Московская школа.

Узнал тут, что сегодняшняя московская школа отличается от школы времён моего детства, как ламповый чёрно-белый телевизор КВН от современной плазменной панели на полстены.
Нет уже досок, на которых пишут мелом. Помню, мы их мазали воском – и тогда писать на них было просто невозможно. Существовал такой отработанный способ срыва урока.
Сегодня вместо допотопной доски на стене висит большой активный экран. На который можно вывести хоть формулы, хоть фильм. Можно писать на этом экране пальцем или стилусом. Можно выводить информацию с ноутбука. Есть две обширных базы по всем школьным программам. С иллюстрациями, формулами, примерами… В общем, можно подобрать материал по любому предмету и по любой теме. Одна из баз разрабатывалась по заказу министерства образования, другая – по заказу московского правительства. Говорят, что министерская программа намного лучше, но при этом московские чиновники стараются навязать школам города свою.
В программу может зайти любой желающий с любого компа – и таким образом можно изучать любую тему самостоятельно. Если, скажем, ребёнок заболел, но он не хочет отставать от одноклассников – у него есть такой вариант для самостоятельного обучения.
При нынешней технической оснащённости учитель может запросто вести уроки детям дистанционно. Причём, это не было сделано в связи с пандемией Ковида. Сами понимаете, сделать такое за несколько месяцев невозможно. Система разворачивалась и отрабатывалась все последние годы – а пандемия лишь заставила внести в неё последние недостающие штрихи.
Collapse )

Учебники, которые опаснее наркотиков.

Какой бизнес, по-вашему, самый опасный? Первое, что приходит в голову – наркотики. Все видели в фильмах, как наркоторговцы отстреливают своих конкурентов.
Во второй половине 1990-х в Москве шёл передел рынка учебников. В котором участвовали издатели и чиновники от образования.
Была тяжело ранена руководитель Департамента образования г. Москвы Любовь Кезина, меньше, чем за год в одном лишь издательстве «Дрофа» было убито два руководителя. Рынок учебников – это огромные деньги. Вполне сопоставимые с теми, которые гуляют, скажем, на рынке нелегального оружия. Спрос просто несопоставим, а маржа, пожалуй, не меньше.
Чиновники распределяют государственные деньги, назначают задранные в разы цены, получают свои откаты… А издателям надо только суметь найти нужного чиновника и присосаться через него к казённой кубышке.
А в Питере, например, в конце 90-х-начале 2 000-х шёл такой же активный передел кладбищенского рынка. Формально – муниципального. Но при этом у каждого кладбища был свой выгодополучатель. Который и клал в собственный карман большую часть выручки данного погоста. Могильщики не успевали хоронить директоров и «хозяев» городских кладбищ и моргов.
Collapse )

Мои твиты