avderin (avderin) wrote,
avderin
avderin

Categories:

Римме Ильиничне Харсон – 101 год.


С утра поехали с Леонидом Крицуном в бейт авот (дословно – дом отцов). Так в Израиле называют дома престарелых.
Лёниной маме сегодня исполнился 101 год. Она уже никого не узнаёт. Несколько лет не ходит. Утром её сажают в инвалидную коляску. Кормят из ложечки в столовой. Весь день она дремлет в общем зале. Иногда, перемножая двузначные числа, начинает считать непонятно что. Ничего не помнит, ничего не может. Но считает. Почему? Думаю, на этот вопрос может ответить только господь бог. Всю жизнь она была учителем. Но не математики, а биологии.
Лёня приходит к ней несколько раз в месяц. Иногда мы приходим вместе. Катаем в коляске по близлежащему парку. Ей это, похоже, уже и не нужно. Нужно Лёне. Лет 5 назад она ещё разговаривала с ним, считая своим старшим братом (который, естественно, давно умер), потом он превратился для неё в больничного медбрата. Теперь она уже не узнаёт никого.
Самое удивительное, как сотрудникам дома престарелых удаётся сохранять жизнь в этом обессиленном иссохшем скрюченном теле. Как, например, удаётся избежать пролежней? Медсестра рассказывает, что, главное, отслеживать состояние тела, вовремя перекладывать, поворачивать. И ещё огромное значение имеет правильное питание. Для профилактики пролежней в пищу добавляют порошковый белок.
 Однозначно, что обеспечить подобный уход в домашних условиях просто нереально. И своим долголетием именинница обязана, прежде всего, израильской системе здравоохранения и социального обеспечения.

IMG_9118_resize
На застеленном полиэтиленом столе в вестибюле перед больными прыгают белые пушистые кролики, ползает черепаха, ходит куропатка. Сидящие вокруг старики наблюдают за зверушками. Я тоже. Среди сидящих есть дед, которому идёт уже 104-й год. Он тоже в коляске. Но с коляской управляется сам. Постоянно что-то бухтит.
В бейт авоте это отделение выделено специально для таких – потерявших связь с окружающим миром. Но за зверинцем многие наблюдают с большим интересом. В углу неуверенными руками дед складывает наполненную своей внутренней логикой композицию из цветных кубиков.

Дома у Лёни висят сделанные мамой ковры. Ими она увлеклась почти в 70 лет. Перед самым отъездом из Харькова. И уже в Израиле сделала более 30 композиций. Придумывала всё сама. Потом, едва наметив нитками общие контуры, начинала кропотливо заполнять предназначенное для картины пространство.

IMG_9128_resize

IMG_9129_resize

IMG_9130_resize

Медсёстры раскладывают по тарелкам принесённый Лёней праздничный торт. Угощение вызывает у пациентов какое-то подобие радостного оживления. Некоторые из них едят сами, других кормит из ложечки персонал.
Накрываем лёнину маму одеялом – и везём в парк. Мне это напоминает выгуливание в коляске грудного ребёнка. Она уже многого не понимает. Но, как всякое живое существо, реагирует на тепло, холод… Если её хотят накормить, когда она не хочет, плотно сжимает губы. Помню, точно так же сжимали губы мои дети. Когда были маленькими.

Лёнины родители: Ривка (Римма) Харсон и Марк Крицун. Март 1941 года.

IMG_9135_resize

Даже разучившись мыслить, человек продолжает что-то чувствовать. Наверное, это тоже жизнь. Хотя Лёня говорит, что однозначно не хотел бы дожить до такого состояния. Я тоже. Хотя – лично мне этого никто и не обещает.
И всё равно Лёня, которому в следующем году самому исполнится 70 лет, рад, что у него, в отличие от большинства ровесников, ещё жива мама. Будем надеяться, что и в следующем году мы с ним так же придём в бейт  авот с большим праздничным тортом.
Tags: Иерусалим, Израиль, Медицина, Общество, Персоны, Фотографии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments