June 3rd, 2020

Про заразу.

Год назад я проходил в Москве диспансеризацию. И моя врачиха, давая направление на анализ крови, спросила, не хочу ли я, чтобы, среди прочего, меня проверили на ВИЧ. Я ответил: Конечно! За последние годы во мне слишком много ковырялись всяким хирургическим инструментом.
Оказалось, что для анализа на ВИЧ она просто обязана получить моё согласие.
С одной стороны, при зачастую очень агрессивном отношении к ВИЧ-инфицированным это можно понять. С другой же стороны, человек может быть заразным – а он и сам об этом не желает знать и других от своей заразы поэтому беречь не будет.
Я бы всё-таки сделал такой анализ обязательным. Понимаю, что медицинскую статистику это испортит очень сильно. Но зато сохранит от заразы и преждевременной смерти очень многих людей.
В нынешнем уголовном законодательстве есть статья за сознательное заражение ВИЧ-инфекцией. Но, если человек не желает знать, что он болен, то и привлечь к ответственности за сознательное заражение его невозможно. А при этом он может трахаться со всеми подряд и перезаражает при этом кучу народа.

Мои твиты

Про волну кромешной государственной лжи.

«Я утратил чувство ориентации в окружающем и стал неконтактен. И никак не могу настроить себя на волну кромешной государственной лжи. Я близок к умопомешательству от газетной вони, и почти плачу, случайно услышав радио или наткнувшись на гадкую рожу телеобозревателя. Нет ничего страшнее передышек. Стоит хоть на день выйти из суеты работы и задуматься, как охватывают ужас и отчаяние. Странно, но в глубине души я всегда был уверен, что мы обязательно вернемся к этой блевотине. Даже в самые обнадеживающие времена я знал, что это мираж, обман, заблуждение и мы с рыданием припадем к гниющему трупу. Какая тоска, какая скука! И как все охотно стремятся к прежнему отупению, низости, немоте. Лишь очень немногие были душевно готовы к достойной жизни, жизни разума и сердца; у большинства не было на это сил. Даже слова позабылись, не то что чувства. Люди пугались даже призрака свободы, её слабой тени. Сейчас им возвращена привычная милая ложь, вновь снят запрет на подлости, предательства; опять — никаких нравственных запретов, никакой ответственности — детский цинизм, языческая безвинность, неандертальская мораль».

Из дневника Юрия Нагибина, 4 февраля 1969 года.

Как будто про сегодняшний день. Хотя написано про сползание от хрущёвской оттепели в брежневский застой.