September 17th, 2016

Девичий бунт на корабле.

Иерусалимскому знакомому предложили преподавать в Париже. В универе. Вообще, надо отдать должное, его много куда зовут. Он очень востребованный (и как исследователь, и как преподаватель) математик.
В Париже, на территории университетского кампуса семье выделили отдельный коттедж. С розовыми кустами и подстриженными газонами. Причём, по условиям контракта, можно было сперва отработать пару пробных месяцев, а потом уже решать – остаться на год-другой или уехать.
Collapse )

Железнодорожный язык.

Железная дорога много десятилетий была отдельным - огромным, самым передовым, крутым и очень богатым миром. Так сказать, хай-теком 19 века. Зарплатам железнодорожников завидовали, получить там работу мечтали. Строители железных дорог были одними из самых богатых олигархов своего времени.
И, как у самых продвинутых, у железнодорожников был свой язык. Даже обычные и привычные вещи назывались своими железнодорожными словами. Оно и понятно. Вырабатывалась интернациональная, понятная всем терминология. Скажем, железнодорожный билет назывался плацкартой. Ещё в годы моего детства. Хотя билеты трамвайные, автобусные, пароходные назывались просто билетами. Водитель поезда в России назывался машинист. Водитель авто был шофёр, водитель трамвая (ещё в годы моего детства) был вагоновожатый. Теперь слово вагоновожатый уже не используется. Это просто водитель трамвая. А машинист – как был машинистом – так им и остался.
Collapse )