May 2nd, 2014

Походная жена.

В советские времена в любой дыре была работа. Кого она не устраивала, тот ехал в другое место. Вместе с работой иногородним давали место в общаге, через несколько лет можно было рассчитывать на комнату, а лет через 15 – на казённую или ведомственную квартиру.
Сейчас во многих местах работы нет никакой. Семейные люди, зарабатывая на прокорм детям, вынуждены уезжать за тысячи километров, снимать там какое-то временное жильё. Бывает, на подобные работы ездит муж, бывает жена. Если есть на кого оставить детей – ездят иногда вместе. Но такое встречается не очень часто. Много чаще мужья и жёны видят друг друга пару месяцев в году. Нередко по месту основного пребывания у них появляются друзья и подружки. Зачастую они и жильё снимают совместно. А на побывку уезжают к законным мужьям-жёнам. Вот такая жизнь, как бы на две семьи. У неё муж и дети на Украине, у него жена и дети в Молдавии, но большую часть года они живут вместе в однушке на окраине Москвы. Или снимают садовый домик в ближнем Подмосковье.
Collapse )

Гюльчатай, открой личико.

Смотрю фотографии боёв под украинским Славянском. В сети есть фото и видеокадры, сделанные и по одну, и по другую сторону фронта. Вот донецкое ополчение, как их называет официальная киевская пропаганда – террористы и диверсанты. Кто-то из них закрывает своё лицо, но у более, чем половины – лица открыты. Они не боятся, что их узнают. Хотя знают, чем это может закончиться в случае поражения.
Вот фотографии украинских солдат. Это люди, имеющие официальный статус, находящиеся под защитой государства и его законов. Они осуществляют антитеррористическую операцию. Участием в которой, казалось бы, должны гордиться. Но почему-то у них закрытые лица встречаются вдвое чаще. Они отворачиваются от камер, они не хотят разговаривать с журналистами.
Эти люди явно не рады, что очутились в этом месте в такой исторический момент. И они явно боятся. Боятся ответственности перед своим народом. Они не чувствуют себя героями, они не чувствуют себя правыми. И совесть у них явно не на месте. Поэтому пацаны и прячут свои лица.