avderin


Блог Валерия Авдерина - "Всё, что мне интересно"


Previous Entry Share Next Entry
Чёрный Полковник – хранитель Лисьей бухты.
avderin
За долгую жизнь мне довелось пересекаться с тысячами людей. И если одни из них забывались через неделю, то другие оставались в памяти на десятилетия. Однажды мне пару дней выпало общаться с Александром Павловичем Голиковым. Которого многие знали, как Чёрного Полковника. Такое прозвище дал ему в 1967 году, после переворота в Греции, его приятель Виктор Николаевич Кирьяков. Который нас, кстати, и познакомил. Он же через год, летом 2008 года рассказал мне о смерти Чёрного Полковника. На операционном столе.
А недавно попалось в Инете интервью с Александром Павловичем http://www.youtube.com/watch?v=KScO21XCfgc&feature=player_embedded#t=18
Каждый весну Чёрный Полковник приезжал в Крым, в Лисью бухту – и жил там до осенних холодов. Ещё в советские времена в 1960-е годы в Лиске сложилась тусовка тогдашних неформалов. Люди эти жили в разных концах Советского Союза, но на лето собирались в Крыму. Лисью бухту для этого выбрали за красоту и удалённость от цивилизации. Там можно было ходить голышом, петь любые песни, не оглядываясь по сторонам, ругать советскую власть – в общем, делать то, что в других местах привлекало внимание общественности и милиции. Состояла эта тусовка из научно-технической интеллигенции. Люди были интересные, образованные – у многих и карьера на работе складывалась вполне успешно. Защищали диссертации, писали книги. А в отпуск ехали в Крым, к своим. Власти эту тусовку не любили, знали о ней, но так как они не мозолили глаза, паслись где-то на отшибе, их не трогали.
Потом к умничающим интеллигентам стали присоединяться всякие неформалы: хиппи, растаманы, натуристы, наркоманы… Всякой твари – по паре.
На пятикилометровом отрезке побережья, где раньше стояло десять палаток, и никто никому не мешал – их уже стоит тысяча. А там, где людям становится тесно, начинаются конфликты. Количество потребных обществу законов и правил однозначно пропорционально плотности населения. Чем теснее живут люди – тем больше правил нужно для регламентации их взаимоотношений. Людям, бегущим на пустынный берег, как бы, от всякой власти и всяких правил, тоже понадобились свои правила и какая-то власть. Это – как на зоне, где взамен государственных законов были созданы воровские, а взамен участковых появились всякие авторитеты и смотрящие.
Получилось так, что без всяких выборов или обсуждений, народ выдвинул в местные паханы Чёрного полковника. За уравновешенность, доброжелательность, готовность любого выслушать… За природное чувство справедливости. Он разрешал споры, он, когда было нужно, формулировал общепринятые правила. Сам Голиков был человеком необидчивым. И никогда не стал бы мстить тому, кто не выполняет его решений. Но люди вокруг нуждались в порядке – и они сами следили, чтобы решения Чёрного Полковника исполнялись. В противном случае: «забирай свою палатку и получай пендель под зад».
Сегодня этот крымский ковчег напоминает мне Израиль, в котором я сейчас живу. Точно такое же скопление десятков очень разных по внутреннему распорядку и менталитету людских сообществ.
Как Чёрный Полковник умудрялся в зачатке гасить в этом таборе множество конфликтов – я не понимаю. Ведь рядом жили, скажем, фанатики здорового образа жизни – и наркоманы, приезжающие сюда ради крымской конопли.
Самое удивительное при этом было то, что Чёрный Полковник никогда не использовал свой авторитет, свою власть в своих личных интересах. В последние годы он жил очень скудно, экономно – на свою пенсию. Рубаха в заплатах, много раз чиненная палатка. Из Москвы и в Москву ездил на электричках. Такая дорога на перекладных обходилась много дешевле, чем нормальный поезд.
А ведь ему не надо было даже собирать копейки с народа. Аккредитация торговцев хавчиком и хозтоварами, обеспечение кому-то из них благоприятного режима в бухте могла приносить тысячи долларов ежемесячно. А он вместо этого мастерил какие-то головоломные сувениры, чтобы добавить копейку к своей скудной пенсии и ещё помочь взрослой племяннице (или племяннику? – не помню).
Вот такие люди были в наше время. И хоть не любили они советскую власть, но в этом были законченными её детьми. Советского идеализма и романтики в них было больше, чем во всех вместе взятых членах городских, областных, республиканских… и прочих партийный комитетов.

?

Log in

No account? Create an account