avderin


Блог Валерия Авдерина - "Всё, что мне интересно"


Previous Entry Share Next Entry
Пока генералы воюют, рядовые созидают
avderin

Униаты не любят, когда их называют униатами. Как американские негры  не любят, когда их называют неграми. Если на Западной Украине говоришь «униат», поправляют «греко-католик». При том, что лично я ни в «униата», ни в «негра» ничего отрицательного не вкладываю. Каждый имеет право верить или не верить, как он считает нужным.

Понимаю, зачем Сталин стремился выдернуть западноукраинскую греко-католическую церковь из-под Ватикана и подчинить её послушному московскому патриарху – естественно, так её было удобнее контролировать. Понимаю и тех священников и иерархов, кто на  это согласился. Иначе бы их пересажали, а храмы позакрывали бы и посносили. Вопрос был не просто в спасении себя любимого. Вопрос стоял ещё и о сохранении (пусть даже путём компромисса) веры, паствы, церковных общин, храмов, икон, какой-то пусть даже малой части общественного покоя…


Но, как только власть КПСС и КГБ рухнула, всё начало отыгрываться обратно. И паства, и священники не приняли насильственно навязанную им унию с Москвой.

Теперь в независимой Украине целых четыре основных традиционных церкви: православная Московского Патриархата, православная Киевского Патрирхата, Украинская автокефальная православная церковь и Украинская греко-католическая. Плюс их со всех сторон теснят всякие протестанты. И все при этом считают себя истинными представителями бога на земле, а всех остальных клеймят самозванцами.

Мне без разницы, в чьём подчинении находится приход, мне вообще кажется нелепой и смешной манера людей примазываться к богу и объявлять себя выразителями и толкователями его интересов. Или, если уж пошёл такой базар, пусть выкладывают нотариально заверенную доверенность от бога на ведение его земных дел. Это – солидный аргумент. С которым уже не поспоришь.

Государство может быть безнравственным и жестоким, министр просвещения может быть редкостным невеждой, пьяницей и хапугой, но вот приходит в класс учитель – и начинает урок. Он далёк и от президента и от своего министра – он вообще, может быть, ни разу их не видел. И он чему-то учит детей. Есть такие учителя, которые даже в самом безнравственном государстве учат детей добру, справедливости… Учитель не всегда может противостоять злу, но хотя бы не поддерживать и не оправдывать его – может почти всегда. И это – едва ли не главная его задача, какой бы предмет он ни преподавал – давать своим ученикам нравственные ориентиры.

Я не верю в бога. Во всяком случае, в того бога, про которого рассказывают попы, однозначно не верю.

Главная задача священника, в моём понимании, нести людям мир и добро.  А на что он при этом ссылается – на Тору, Новый завет или Коран – это уже не так важно. Главная ценность церкви, опять же, в моём представлении, община, общинная жизнь. А лучший священник тот, кто умеет создать живое, играющую позитивную роль в общественной жизни объединение людей. Налаживать мосты между отдельными людьми и их группами – это искусство. Священник – это и консультант-психолог, и массовик затейник, и директор клуба и патронажная сестра – всё в одном флаконе.

Лично я не раз встречал в своей жизни священников, перед которыми мне хотелось снять шляпу в знак уважения и признания их работы. Сотни батюшек, имамов, раввинов восстанавливают из руин,  украшают свои храмы, строят на их территории приюты, патронируют больницы, собирают людей для помощи старым и малым… Работа с людьми – это призвание. Для меня служение богу неотделимо от служения людям. Именно так: служа людям – служишь богу.

В католичестве это было невозможно – из-за обета безбрачия. А на Руси священничество очень часто было наследственной профессией. Дети и внуки священников сами становились священниками. Дом настоятеля всегда стоял рядом с храмом. Дети вырастали в  храме, как дети цирковых актёров вырастают на арене. И сегодня очень часто вижу рядом с церковью детские площадки – там и матушка своих отпрысков выгуливает, и окрестные мамочки, её подружки, со своими детьми приходят. 

Хоронили священников тоже рядом с храмом – у алтаря. Это был знак общественного уважения. В Москве есть церковь в бывшем селе Спас при выезде на Волоколамку. Называется Храм Преображения Господня в Тушино. В 2000 году в автомобильной аварии погиб его настоятель Фёдор Соколов. Я его никогда не видел. Но, периодически проезжая мимо по своим делам, видел результаты его деятельности. И я уважал его – за дела его. Храм восставал из руин и расцветал на моих глазах. 

Когда он погиб, городское начальство разрешило похоронить настоятеля по старой традиции – у алтаря. Когда-то территория вокруг храма была погостом. Но его уже давно снесли, ликвидировали – сегодня эта территория кладбищем не является. Сами понимаете, чтобы похоронить человека вне кладбища – надо нарушить множество инструкций. Надо выбить на это разрешение у очень большого начальства. И начальство откликнулось – разрешило. Потому что тоже не могло не оценить того, что сделал для города, для района, для людей этот батюшка.






?

Log in

No account? Create an account